22 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Вермеер девушка читающая письмо у открытого окна

Вермеер девушка читающая письмо у открытого окна

В «Издательстве Ивана Лимбаха» вышел вот уже второй том эссеистики польского поэта, посвящённый истории живописи. На этот раз голландской. С разрешения издательства мы публикуем перевод текста, посвящённого самому загадочному голландскому художнику в переводе Анатолия Нехая.

Письмо это было открыто случайно в 1920-е годы, точнее в 1924 году, у одного лейденского антиквара. Три листка кремовой бумаги размером 11,5 Ч 17 сантиметров носят следы влаги, однако текст хорошо сохранился, мелкий, четкий, как нельзя более разборчивый. Неизвестный владелец письма наклеил его на внутреннюю сторону обложки старого, очень популярного некогда романа «Рыцарь лебедя», выпущенного в 1651 году амстердамским книгоиздателем Коолом.

Большинство исследователей (Исарло, Жиллет, Кларк, де Врие, Борреро, Гольдшнейдер) выразились скептически по поводу этого открытия, и только молодой историк и поэт из Утрехта ван дер Вельде (кстати говоря, заколотый кинжалом при таинственных обстоятельствах неподалеку от Швенингена) яростно и до конца защищал его подлинность. Его автором — по мнению молодого исследователя — был не кто иной, как Вермеер, а адресатом — Антони ван Левенгук, естествоиспытатель, заслуги которого в области совершенствования микроскопа всем известны. Оба они, ученый и художник, родились в один день одного и того же года и всю свою жизнь провели в одном и том же городе.

Письмо не носит следов поправок или позднейших исправлений, зато в нем имеются две забавные орфографические ошибки и несколько переставленных букв; видимо, оно писалось впопыхах. Несколько строчек зачеркнуто, причем так решительно и энергично, что мы никогда не узнаем, какие безум​ные или нескромные мысли навсегда сокрыли черные чернила.

Характер почерка (остроконечные буквы, буква «v», написанная как открытая сверху восьмерка, пробелы между словами нерегулярные, ход письма то ускорялся, то внезапно останавливался) показывает удивительное сходство, если не идентичность, с единственной сохранившейся подписью художника в реестре гильдии святого Луки за 1662 год. Химический анализ бумаги и чернил позволяет датировать документ второй половиной XVII века, так что все говорит о том, что письмо могло быть написано рукой Яна Вермеера, хотя неопровержимые доказательства этого и отсутствуют. Хорошо известно, что случаются подделки и технически совершенные.

Все те, кто высказывался против подлинности документа, приводили многочисленные, но, правду говоря, не слишком убедительные аргументы. Научная осторожность и даже далеко зашедший скептицизм — черты, несомненно, похвальные, однако между строками критических замечаний прочитывалось — чего вслух никто не сказал, — что главные возражения вызывает содержание письма. Если бы, скажем, Вермеер писал своей теще Марии Тинс, прося ее одолжить сто флоринов в связи с крестинами сына Игнатиуса, или, положим, предлагал бы пекарю ван Буйтену одну из своих картин в заклад за невозвращенный денежный долг, то никто, сдается, не выступил бы с возражением. Но когда через два с половиной века Великий Немой вдруг заговорил собственным голосом, а то, что он при этом сказал, является одновременно интимным признанием, манифестом и пророчеством — этого мы не хотим принять, поскольку в нас таится глубокий страх перед откровением, несогласие с чудесами.

Вот это письмо:
«Ты, наверное, удивишься, что я пишу тебе вместо того, чтобы попросту зайти, как это часто бывало, в твою мастерскую перед наступлением сумерек. Думаю, однако, что у меня не хватает храбрости сказать тебе в глаза то, что ты сейчас прочтешь.

Я предпочел бы не писать этого письма. Я долго колебался, потому что мне не хотелось, чтобы наша длительная дружба понесла урон. Но в конце концов решился. Ведь существуют вещи более важные, чем то, что нас объединяет, более важные, чем Левенгук, более важные, чем Вермеер.

Несколько дней назад ты показал мне в своем новом микроскопе каплю воды. Мне всегда казалось, что она чиста как стеклышко, а тут в ней кишели удивительные существа, точно в прозрачном пекле у Босха. Во время демонстрации ты внимательно и, как мне кажется, с удовольствием наблюдал за моей растерянностью. Потом мы долго молчали. А потом ты сказал очень медленно и отчетли​-во: „Вот так выглядит вода, мой милый, так, а не иначе“.

Я понял, чту ты хотел сказать: что мы, художники, запечатлеваем лишь кажущееся, жизнь теней, лживую поверхность мира, и не имеем ни смелости, ни возможности добраться до сути вещей. Мы, если так можно выразиться, — ремесленники, работающие с иллюзорной материей, в то время как ты и тебе подобные — мастера правды.

Тебе известно, что у моего отца рядом с торговой площадью была корчма „Мишлен“. Туда часто приходил один старый моряк, он плавал по всему свету от Бразилии и Мадагаскара до северных морей. Я его хорошо помню — он всегда был изрядно под хмельком, но прекрасно рассказывал, и все охотно его слушали. Он был достопримечательностью заведения, чем-то вроде большой картины или экзотического животного. Одним из его любимых рассказов была история о китайском императоре Ши Хуан-ди.

Этот император приказал окружить государство толстой стеной, чтобы отгородиться от всего чужого, и сжег все книги, чтобы не слышать голосов, напоминающих о прошлом. Под угрозой смертной казни были запрещены всякие искусства (их полная бесполезность ярчайшим образом проявилась перед лицом таких важных государственных задач, как строительство крепостей или отсекание голов бунтовщикам). Тогда поэты, художники и музыканты скрывались в горах или затерянных монастырях; они вели жизнь изгнанников, преследуемых сворами доносчиков. На площадях пылали костры из картин, вееров, скульптур, узорных тканей, предметов роскоши или таких вещей, которые можно было признать красивыми. Дети, женщины, мужчины ходили в одинаковых одеждах пепельного цвета. Император объявил войну даже цветам: цветочные поля он приказал засыпать камнями. Специальный декрет предписывал жителям находиться внутри домов после захода солнца, тщательно закрывая при этом окна плотными занавесками, потому что всем известно, какие безумные картины могут нарисовать ветер, облака и свет заката.

Император ценил только знания и осыпал ученых почестями и золотом. Астрономы каждый день приносили ему известия об открытии новой звезды, действительной или воображаемой, которой услужливо присваивалось имя императора, так что вскоре весь небосклон роился от светящихся точек Ши Хуан-ди I, Ши Хуан-ди II, Ши Хуан-ди III и так далее. Математики трудились над изобретением новых систем счисления, головоломных уравнений, невообразимых геометрических фигур, хорошо понимая, что их работы бесплодны и никому не могут принести пользы. Естествоиспытатели обещали вырастить дерево, крона которого находилась бы в земле, а корни достигали бы неба; а также зерно пшеницы размером с кулак.

В конце концов император пожелал бессмертия. Врачи проводили жестокие опыты на людях и животных, чтобы открыть тайну вечного сердца, вечной печени, вечных легких.

Этот император, как часто случается с людьми действия, пожелал изменить облик неба и земли, так чтобы имя его навеки вписалось в память грядущих поколений. Он не понимал, что жизнь обычного кре​с​тьянина, сапожника или торговца овощами гораздо более достойна уважения и восхищения, — а ему самому суждено стать лишь бескровным знаком, символом в ряду других монотонно повторяющихся сим​волов безумия и насилия.

После таких преступлений, такого опустошения, которое он сотворил в человеческих умах и душах, его смерть была жестоко банальной. Он подавился ягодой виноградной лозы. Для того чтобы убрать его с поверхности земли, природе не потребовались ни ураган, ни потоп.

Ты наверняка спросишь, зачем я тебе все это рассказываю и какова связь между историей об этом далеком и чуждом владыке и твоей каплей воды. Я отвечу, наверное, не очень ясно и складно, в надежде, что ты поймешь слова человека, полного дурных предчувствий и беспокойства.

Так вот, я опасаюсь, что ты и другие художники отправляетесь в опасное путешествие, которое может принести человечеству не только пользу, но и огромный непоправимый вред. Разве ты не видишь, что чем больше совершенствуются средства и инструменты наблюдения, тем более цель становится отдаленной и неуловимой. С каждым новым изобретением открывается новая бездна. Мы все более одиноки в таинственной пустоте мироздания.

Я знаю, что вы хотите вывести людей из лабиринта предрассудков и случайностей, что вы желаете наделить их знанием полным и ясным, являющимся единственной — по вашему мнению — защитой перед страхом и беспокойством. Но станет ли им на самом деле легче, если мы заменим слово Провидение словом необходимость?

Ты наверняка скажешь мне, что искусство не раскрывает никаких загадок природы. Но наша задача не в том, чтобы разгадывать загадки, а в том, чтобы их осмыслить, склонить голову перед ними, а также подготовить свои глаза к постоянному восторгу и удивлению. А коль для тебя на самом деле так важны изобретения, так я вот горжусь тем, что мне удалось сопоставить некую особенно интенсивную разновидность кобальта со светящейся лимонной желтизной, а еще запечатлеть отблеск полуденного света, падающего через толстое стекло на серую стену.

Инструменты, которые мы используем, поистине примитивны — палка с прикрепленным на конце пучком щетины, прямоугольная доска, пигменты, масло, — и они не меняются в течение столетий, подобно телу и природе человека. Если я правильно понимаю свою задачу, она состоит в примирении человека с окружающей действительностью, поэтому и я, и мои братья по цеху несчетное число раз повторяем небо и облака, портреты городов и людей — весь этот лавочный космос, ибо только в нем чувствуем себя безопасными и счастливыми.

Наши пути расходятся. Я знаю, что мне не удастся тебя переубедить и ты не бросишь шлифования своих стеклышек и возведения своей Вавилонской башни. Позволь, однако, и нам выполнять свою архаичную процедуру, позволь говорить миру слова примирения, говорить о найденной нами гармонии, о вечной жажде разделенной любви».

Женщина, читающая письмо

Выбрать раму:

Галерейный подрамник вешается на стену без рамы в виде постера. Галерейная натяжка — вид безрамного оформления репродукций на холсте. Картина на холсте натягивается на подрамник, и закрепляется не на боковой стороне, как принято а сзади. На боковые стороны обычно попадает или часть изображения или специально напечатанное фоновая заливка цветом в тональности картинки (пожелания лучше уточнять по телефону). Холст аккуратно заворачивается в углах и выглядит прекрасно без рамы.

Выберите обычный подрамник для выбора рамы.

Картина «Девушка, читающая письмо у открытого окна».

7-слойная старофламандская техника живописи.

Оригинальный размер: 70×90 см,

Год создания: 1663 г.

Одна из лучших его работ – «Девушка, читающая письмо» (в некоторых источниках эта картина носит название «Девушка с письмом»). В центре скромной комнаты у раскрытого окна стоит юная девушка и, чуть склонив голову, внимательно читает письмо. Под влиянием кисти мастера несложная бытовая сцена превращается в прекрасное зрелище, полное умиротворения и таинственной тишины. Простой, жизненный образ девушки полон задумчивого поэтического обаяния. Голубой узор фаянсовой тарелки, золотистые краски сочных плодов, мягкие красные оттенки ковра составляют яркий и красочный аккорд. Художник, вглядываясь в предметы быта, открывает для зрителя в повседневной жизни мир возвышенный и удивительный. Современники высоко ценили работы Вермеера за непревзойденную технику живописи маслом, богатую игру оттенков, удивительную выписанность деталей. Именно поэтому копировать Вермеера – отнюдь не легкий труд, требующий максимальной отдачи от художника. Такой подход мы встречаем в копии картины Вермеера «Девушка, читающая письмо у открытого окна» кисти Ольги Рыбаковой. Игра красочных бликов и рефлексов, вибрация воздуха и света, богатство фактуры предметов, будь то занавески или покрывало, тарелка с яблоками или окно – все воспроизведено здесь с величайшим искусством. Портрет девушки как будто оживает на наших глазах. Выполненная в семислойной старофламандской технике копия картины поражает взгляд мастерством художника, разгадавшего особенности стиля автора оригинального произведения и передавшего их в первозданном виде. Сила реалистического искусства данной жанровой картины такова, что если источник света будет падать на неё слева, то это создаст эффект присутствия изображенной девушки в реальном пространстве.

Картина Вермеера «Девушка, читающая письмо у открытого окна» находится в Дрезденской картинной галерее. Она экспонируются на одном этаже с «Сикстинской мадонной» Рафаэля Санти, но в противоположном конце длинной анфилады залов. Сюжет и композиция картины предельно просты: девушка читает любовное письмо. У современного зрителя возникает вопрос, почему любовное? Ведь ему не всегда знакомы символы и скрытый смысл некоторых деталей, которыми наполнены картины голландских художников со времен Босха. Вглядитесь в натюрморт на первом плане, отделяющий зрителей от фигуры девушки. На роскошном восточном ковре — дельфтское фаянсовое блюдо с фруктами. Фрукты — символ плотского удовольствия и быстротечности человеческой жизни, а яблоко, как известно, напоминает о грехопадении. Первоначально художник хотел изобразить на стене еще один символ любви — фрагмент картины с купидоном-почтальоном любовных писем. В одной из монографий, посвященных творчеству Вермеера, была опубликована фотография картины, сделанной в рентгеновских лучах. Там ясно просматривался купидон. Он держал карту с изображением цифры I, а под ним был девиз «Perfektus Amor est nisi ad unun» — «Истинная любовь верна лишь кому-то одному». Потом художник убрал купидона, оставив стену «обнаженной», чтобы ничто не мешало любоваться девушкой.

Гений Вермеера проявился в этой картине в некой недосказанности и в умении передать теплоту лирического чувства, интимность настроения. Художник расположил фигуру в центре картины, но не на первом плане, а несколько отодвинув ее вглубь комнаты. Не зря в картине появился занавес. Первоначально на этом месте был написан ремер — высокий кубок в форме чаши тонкого стекла на массивной цилиндрической ножке. Штанга, на которой висит занавес, сам занавес и темная масса стола, на который накинут ковер, служат рамой или кулисами, отделяющими зрителя от застывшей фигуры. Действия как такового нет, но фрукты, которые словно в замедленном кино плавно скатываются с блюда, лишают картину статичности и усиливают впечатление мгновенности момента. Вермеер дал нам возможность на миг заглянуть туда, куда обычно посторонних не пускают — в интимный мир девушки. Мысли ее поглощены письмом, кажется, что сейчас вздрогнут губы, произнося слова, написанные в письме. В оконной раме отражается лицо, на котором художник сумел передать, как вздрагивают ресницы. В комнате стоит волшебная тишина, и только чуть-чуть шелестит листок в руках девушки. Еще момент, она закончит читать и посмотрит в окно, откуда льется солнечный свет.

Шедевр Вермеера поменяет привычный вид и предстанет в авторской версии

Сенсационное открытие сделали реставраторы, работающие над картиной Яна Вермеера «Девушка с письмом у окна». Они обнаружили, что Купидон, который изначально находился над главной героиней, на самом деле был закрашен не самим художником, как предполагалось ранее, а кем-то другим, через десятилетия после смерти мастера. Теперь, спустя столетия, фигура вновь появляется на полотне и у посетителей Галереи Земпера в Дрездене с 8 мая по 16 июня появится редчайшая возможность увидеть наполовину восстановленную картину.

О том, что на оригинальном холсте была изображена картина с Амуром, висящая позади главной героини, стало известно 40 лет назад, когда работу просветили рентгеном. «Но учёные всегда предполагали, что Вермеер сам закрасил его», — говорит Ута Нейдхардт, старший реставратор Дрезденской картинной галереи. Однако лабораторные исследования убедительно доказали, что фигура была скрыта только спустя десятилетия после того, как художник из Дельфта завершил картину. Теперь решено вернуть изображению первоначальный вид.

«На Купидоне был даже найден слой грязи над оригинальным лаком, доказывающий, что картина находилась в своём первоначальном состоянии в течение десятилетий», — утверждает Нейдхардт. Перекраска также была немного темнее того цвета, что использовал Вермеер на заднем плане своей работы, потому что «корректору» нужно было компенсировать потемнение лака на оригинале.

«Открытие делает это полотно совершенно другой картиной», — говорит эксперт.


Ян Вермеер, «Девушка с письмом у окна» до реставрации

Искусствовед Норберт Шнейдер в своё время указывал, что персики, лежащие в миске на столе рядом с девушкой, — это символ внебрачных отношений, а, следовательно, письмо является либо началом, либо продолжением любовной связи. Купидон на стене подтверждает эту теорию.


Ян Вермеер, «Девушка с письмом у окна» в процессе реставрации

Картина «Девушка с письмом у открытого окна», созданная примерно в в 1657 — 1659 годах, находится в Картинной галерее Дрездена с 1742-го. Тогда польский король Август III Саксонец приобрёл её как работу Рембрандта. Спустя почти 85 лет она так же ошибочно была приписана Питеру де Хоху. Однако в 1860 году французский искусствовед Теофиль Торе признал её одним из 35 произведений Вермеера.


Ян Вермеер, «Дама, стоящая у вирджиналя» (1670-е). Национальная галерея, Лондон

Такое же изображение амура встречается на полотне «Дама, стоящая у вирджиналя» из Национальной галереи в Лондоне. Учёные полагают, что это была реальная картина, которой владел Вермеер: в реестре имущества его вдовы, составленном в 1676 году, есть упоминание о «Купидоне».

Художник часто ссылался на другие произведения искусства в своих картинах, чтобы расширить или прокомментировать повествование.

Ута Нейдхардт признаёт, что некоторые зрители, знакомые с картиной до реставрации, с появлением Купидона могут утратить ощущение безмолвия в ней и погружения в себя.

Реставрацию «Девушки с письмом у открытого окна» начал в 2017 году специалист Кристоф Шёльцель из Дрездена. Хотя картина находилась в хорошем состоянии, её поверхность была покрыта лаком, который со временем потемнел и сделал холодные, изысканные цвета картины желтоватыми. На первом этапе Шёльцель сосредоточился на удалении этого слоя.

В ходе работ были проведены лабораторные и рентгеновские исследования, которые подтвердили, что перекраска была сделана значительно позже, чем закончена картина. В начале 2018 года было принято решение удалить более поздний слой и вновь явить публике Амура.

Кристоф Шёльцель кропотливо работает с микроскопом и скальпелем, снимая краску так, чтобы не повредить оригинальный слой картины Вермеера.

Купидон очищен пока лишь наполовину; считается, что для завершения работы потребуется ещё как минимум год. Тем не менее, «Девушка с письмом у открытого окна» в её нынешнем полувосстановленном состоянии будет выставлена с 8 мая по 16 июня в Галерее Земпера в Дрездене.


Жанровая сцена «У сводни» («Сводница») — ещё одна картина Яна Вермеера в коллекции Дрезденской галереи старых мастеров

По окончанию Второй мировой войны «Девушка с письмом у открытого окна» была вывезена в СССР, но после смерти Сталина руководство страны приняло решение вернуть картину «во имя укрепления и развития дружбы между советским и немецким народами». Некоторые искусствоведы и хранители советских музеев, потерявших сотни экспонатов во время войны, предлагали пожертвовать шедевр Вермеера и «Спящую Венеру» Джорджоне Советскому Союзу «в знак признательности за сохранение и возвращение всемирно известных сокровищ Дрезденской галереи». Но немцы на это не согласились, и полотна вернулись в Германию в 1955 году.

В Дрездене хранятся две картины Яна Вермеера. Вторая — «Сводница» — была восстановлена в период с 2002 по 2004 год.

Описание картины Девушка, читающая письмо у открытого окна – Ян Вермеер

Как и на других полотнах голландских живописцев здесь почти ничего не происходит. Хрупкая девушка стоит у окна и читает письмо.

Вермеер вообще любил изображать одинокие женские фигуры в интерьере и часто использовал для этого комнаты своего дома. Как и в этой картине, как и в некоторых других, можно узнать одну и ту же обстановку: обитые кожей стулья с высокой спинкой, стол, покрытый тяжелой ковровой скатертью, и, безусловно, открытое окно.

Вермеера никогда не смущала обыденность мотива, напротив, под его кистью она обретала некий поэтический смысл. На первый взгляд может показаться, что подсмотренная художником сцена случайна. Сдвинутая вправо занавесь подчеркивает это впечатление.

На самом деле ситуация строго продумана, в ней распределен и уравновешен каждый предмет. Насыщенные цвета – желтый, малиновый, серебристый, золотистый – придают работе значительность, неповторимость.

Но главным выразительным средством художника, бесспорно, является свет. В его картинах он потоками струится из открытого окна, наполняет воздухом комнату, усиливая звучание цвета одежд и тканей – это придает картинам Вермеера особую атмосферу.

Еще картины:

Портрет Н. И Петрункевич у открытого окна – Николай Ге Очень необычный для творчества художника портрет. Наталья Ивановна Петрункевич жила неподалеку от хутора Ге. Они дружили с художником. Девушка приезжала.

Девушка с кувшином воды – Ян Вермеер Картина нидерландского живописца Яна Вермеера Делфтского “Девушка с кувшином воды”. Размер картины 46 х 41 см, холст, масло. Картина была.

Географ – Ян Вермеер Картина голландского живописца Яна Вермеера Делфтского “Географ”. Размер картины 52 х 46 см, холст, масло. В картинах нидерландского художника “Астроном”.

Натюрморт с музыкальными инструментами – Питер Клас Один из знаменитых художников голландской школы живописи Питер Клаас писал прекрасные реалистичные натюрморты, в которых тщательно воссоздавал быт городских бюргеров.

Девушка с креветками – Уильям Хогарт Безусловно, Хогарт не ограничивался изображением сатирических сюжетов. Девушка с креветками – один из положительных, жизнеутверждающих образов, близкий персонажам Франса Халса.

Неприбранный стол – Игорь Грабарь Видный искусствовед, реставратор и педагог, Игорь Грабарь был художником, который не боялся учиться и экспериментировать. Натюрморт “Неприбранный стол” явился творческим.

Украинская девушка с Подолья – Василий Тропинин В Кукавке Тропинин впервые по-настоящему ощутил жизнь народа, стал изображать простых людей. Самым интересным портретом этого периода считается изображение головы.

Деревья в Эстаке – Рауль Дюфи Эту картину Дюфи написал во время поездки вместе с Жоржем Браком “по следам Сезанна”. Приглушенные, “тяжелые” тона картины, искаженные формы.

Автопортрет с перевязанным ухом и трубкой – Винсент Ван Гог 25 октября 1888 года в гости к Ван Гогу в Арль приезжает Поль Гоген. Друзья с энтузиазмом обсуждают идею создания.

Источник Любви – Жан Оноре Фрагонар Картина французского живописца Жана Оноре Фрагонара “Источник Любви”. Размер картины 64 x 51 см, холст, масло. В своей картине Фрагонар.

Цветистый луг – Аркадий Рылов Мне известно, что эту картину художник нарисовал в 1916 году. Мне понравилась эта картина не только потому, что на ней.

Мадонна с картезианским монахом – Ян ван Эйк Картина “Мадонна с картезианским монахом” написана художником около 1425 года. В картинах Яна ван Эйка достаточно очевидно, что любой предмет.

Прометей прикованный – Питер Рубенс Мифологические сюжеты всегда интересовали живописца Рубенса. Волшебной силой цвета и линии он стремился оживить историю, пришедшую к нам в виде.

Семь возрастов женщины – Ганс Бальдунг В живописи Бальдунга берет верх эта последняя сторона его творчества. Главное его живописное произведение – большой многостворчатый алтарь собора во.

Портрет Луи Франсуа Бертена – Жан Огюст Доминик Энгр Луи Франсуа Бертен издавал популярную газету “Деба”. Посетители Салона 1833 года, увидевшие выставленный там портрет Бертена, были потрясены его реализмом.

Автопортрет с кистями на фоне Московского Кремля – Василий Тропинин Тропинин нарисовал свой автопортрет на фоне Московского Кремля. Судя по картине, художник был полным человеком с круглым лицом. У него.

Яблоневый сад – Борис Кустодиев Картина “Яблоневый сад” относится к так называемым картинам-воспоминаниям мастера. Созданная в 1918 году, работа наполнена летним теплом, солнечной беззаботностью и.

Тающий снег в лесу Фонтенбло – Поль Сезанн В 1879 г. Сезанн обосновался в Мелене, откуда часто ездил в Париж. В окрестностях Мелена он нередко писал пейзажи, иногда.

Череп Сурбарана – Сальвадор Дали Источники вдохновения Дали часто находил в прошлом. В ряде его картин прослеживается влияние художников XVII века Веласкеса и Вермеера. “Череп.

Тосканская дорога – Амедео Модильяни Сохранилось считанное количество ранних работ Модильяни, написанных им до переезда в 1906 году в Париж. Известно, что художник всегда очень.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector